Александр Емельяненко: Больше всего меня поражают мученики


В начале этого года известный боец смешанных единоборств Александр Емельяненко провел два с половиной месяца на Афоне как трудник. Вскоре после возвращения он рассказал Правмиру о своей жизни и о совместимости такого жесткого вида спорта с христианской верой.
Александр Емельяненко родился в 1981 году в городе Старый Оскол Белгородской области. С 7 лет занимался самбо и дзюдо. Мастер спорта по дзюдо, мастер спорта международного класса по самбо, чемпион Европы по самбо, трижды чемпион мира по боевому самбо, чемпион мира по смешанным единоборствам.

Рос, как все мальчишки

— Александр, вы с семи лет занимались самбо и дзюдо. Оставалось время на игры во дворе?
— Конечно, оставалось. Я рос, как и все мальчишки. Большинство ребят, с которыми играл во дворе, занимались со мной и в секции. Потом многие не выдержали нагрузок и бросили спорт. Это же тяжелый труд. В старших классах, когда становишься чуть самостоятельней, хочется отдохнуть с компанией, погулять, в летнюю погоду — позагорать и покупаться, а тебе надо в спортзал идти.
Но если у человека есть цель, он переступает через свои сиюминутные хотения. Иначе нигде не добиться серьезных результатов: ни в спорте, ни в науке, ни в искусстве, ни в бизнесе. Везде трудиться надо. Конечно, профессиональный спорт требует больших усилий, но это не значит, что спортсмены зациклены только на нем, из остальной жизни себя исключают. Я параллельно экономическое образование получил, только что в кино снялся.
— У вас еще два брата и сестра. Есть мнение, что в многодетных семьях дети быстрее становятся самостоятельными, потому что с малых лет помогают родителям, отвечают друг за друга. Вы согласны с этим?
— Наверное, это так в семьях, где между детьми небольшая разница в возрасте. Мы же все по возрасту разбросаны: Федор на пять лет старше меня, Иван — на 7 лет младше. Хоть и ходили мы с Федей в одну секцию, занимались в разных возрастных группах, в школе и во дворе тоже у каждого был свой круг общения. Мне 16 исполнилось — Федю в армию забрали. Вот когда он вернулся из армии, мы стали вместе тренироваться — я к тому времени окреп, возмужал.
В прошлом году, как вы знаете, Федор закончил выступать, поэтому самое большое спортивное переживание у меня в прошлом. Мне гораздо легче самому выйти подраться, чем смотреть его бои.

Мужчина должен защитить женщину, ребенка, старика, слабого

— Смешанные единоборства, которыми вы и Федор занимаетесь, в народе даже называют боями без правил. Определение не совсем точное — правила там есть, — но все же это гораздо более жесткий вид спорта, чем самбо, дзюдо, греко-римская и вольная борьба, бокс.
— Название это в девяностые придумали. Просто развитие смешанных единоборств в России совпало с появлением в кинопрокате американских боевиков с Ван Даммом в главной роли. Там постоянные драки, много крови, ну и смешанные единоборства у людей, мало смыслящих в боевых искусствах, стали ассоциироваться с этими боевиками, и прилипло название «бои без правил». Название действительно неверное — в смешанных единоборствах многое разрешено (удары руками, ногами, стоя, лежа), но есть ограничения, бои судят.
Благодаря смешанным единоборствам весь мир по достоинству оценил самбо — нашу русскую борьбу. Оценил, потому что чаще всего в боях по смешанным единоборствам побеждали именно самбисты.
Что бы ни говорили критики смешанных единоборств, это замечательный, благородный вид спорта. Каждый мужчина должен в случае опасности защитить женщину, ребенка, старика, слабого. Родину защитить! Сейчас у нас большинство мужчин не подготовлены ни физически, ни технически — не годятся они в защитники Родины.
Некоторые искаженно понимают совет подставить другую щеку. Мне кажется, в Евангелии речь идет о том, что не нужно, когда тебя оскорбляют, отвечать оскорблением, гневаться на обидчика. Но это когда тебя лично оскорбляют, можно и нужно смирить гордыню. А если распоясавшийся хам обижает слабого, беззащитного, христианин обязан дать ему отпор. По-мужски.

Злость и агрессия мешают во время боя

— А к сопернику во время боя не испытываете враждебных чувств?
— Да что вы? Мы же просто меряемся силой, мастерством. Я ко всем с уважением отношусь, с некоторыми дружу, общаемся вне ринга. Это даже непрофессионально — злиться на соперника. Не должен боец на ринге давать волю эмоциям. Пропустил удар — сам виноват, искусней надо защищаться, внимательней быть. А злость и агрессия только мешают во время боя.
Проиграл — ищи причину, делай соответствующие выводы, чтобы в следующий раз победить.
— До женских смешанных единоборств пока не дошло, но боксом и традиционными видами борьбы женщины уже лет 20 занимаются, на чемпионатах мира выступают, Олимпиадах. Как вы к этому относитесь?
— Не нравится мне это. Мужчина — воин, защитник, а женщина должна быть женственной. Есть много замечательных видов спорта, в которых женщины сохраняют свою женственность. А когда они машут кулаками на ринге или бросают друг друга на ковер… Не знаю, я такие соревнования никогда не смотрел и не собираюсь.

Воспитанием не только тренер должен заниматься

— В недавнем интервью «Газете.ру» вы сказали, что думали перейти на тренерскую работу, но афонские монахи посоветовали вам продолжить карьеру, чтобы передать свой опыт молодежи. Чему, кроме приемов, вы хотели бы научить молодых?
— Любить спорт, тренироваться на совесть. Помню, мальчишкой еще увидишь наших спортсменов — загоришься и побежишь на тренировку. Понимаю, что сейчас и на меня многие мальчишки, молодые ребята так же смотрят, появляется у них желание идти в спортзал. Свои выступления надо еще немножко потерпеть, а параллельно думаю об открытии детской спортивной школы.
А воспитанием не только тренер должен заниматься, но, в первую очередь, родители и учителя. Сначала ребенка родители воспитывают, потом он в школу идет, учителя подключаются, тоже должны ему не только знания давать, но и чему-то доброму учить. Потом те, кто в секцию идут, начинают с тренера брать пример. Если, конечно, есть что брать. Так постепенно вырастает человек. Позже он обретает опыт, и, если задумывается о прошлом, начинает ценить людей, которые ему встретились и научили чему-то хорошему.

За все благодарен родителям

— Чему самому главному научили вас родители?
— Да всему! Все, что я на сегодняшний день знаю, умею, имею — все благодаря родителям. Потому что они растили меня с рождения, воспитывали. Папу, к сожалению, мы летом похоронили.
— Они водили вас в детстве в церковь, или вы позже к этому пришли?
— Позже, уже в зрелом возрасте. Мама у меня верующая, всех нас в детстве крестила, но я не помню этого момента. А со временем пришло понимание, что это мне нужно. Серьезных потрясений не было, но разные ситуации в жизни случаются, они помогают о чем-то задуматься, что-то переосмыслить. На то и жизненный опыт.
Наверное, хорошо детей с самого начала в вере воспитывать, объяснять, что к чему. Но после революции начались гонения на Церковь, несколько поколений выросли, насильно оторванные от традиции. Сейчас постепенно возвращаемся к традиции, но медленно, до сих пор многие от веры далеки, даже креститься не умеют, ни одной молитвы не знают.
С другой стороны, есть молодые люди, которые в детстве ходили с родителями в храм, исповедовались, причащались, но так и остались равнодушны к этому. Видимо, изначально относились как к формальности, повинности, а в чем смысл, так и не поняли, и нет у них потребности молиться, причащаться. А кто-то приходит в Церковь позже и становится глубоко верующим человеком. У каждого свой путь. Повторяю, я своим родителям за все благодарен.

После боя хочу опять съездить на Афон

— Митрополит Антоний Сурожский говорил, что никто не сможет уверовать в Бога, если не увидит в глазах другого человека сияние вечной жизни. Вы видели таких людей?
— На Афоне много таких людей — старцев, к которым едут за советом люди со всего мира. Но мне трудно об этом рассказывать. Прочитают скептики, и начнется: «Что он там видел, где видел?». Видел я по-настоящему верующих людей, общался с ними. Удивительное место! Полтора года назад впервые туда попал и с тех пор еще несколько раз был. Если получится, после боя хочу опять съездить на Афон.
— В этот раз вы не просто паломничали, но и трудничали. Наверное, непросто было публичному человеку, привыкшему к победам и аплодисментам, смиряться, выполнять послушания? Или с Божьей помощью легко дались такие перемены?
— Правильно вы говорите: с Божьей помощью, по Его милости все получилось. Никаких трудностей я за эти два с половиной месяца не испытал. Мало кто верил, что я смогу так долго усидеть на одном месте, а время пролетело незаметно.
— Есть у вас еще какие-то любимые святые места? Кто ваш любимый святой?
— Когда время позволяет, езжу на воскресную службу в сердце России — Троице-Сергиеву лавру. Выделять какого-то конкретного святого я бы не стал, но постоянно читаю жития, и больше всего меня поражают мученики. Хоть бы в чем-то нам на них походить. По крайней мере, надо стараться. Ну, а мой небесный покровитель — Александр Невский.

Верю, что все в России будет хорошо

— Какие, на ваш взгляд, проблемы в российской жизни сегодня самые актуальные? Что вас радует, а что огорчает?
— Меня огорчает, что мы становимся все менее внимательны друг к другу, озлобляемся. Хотя причин для озлобления нет. Говорят, трудное время, поэтому люди нервничают, раздражены. Но вы сравните хотя бы с недавней историей. Вспомним восьмидесятые годы, по которым у многих ностальгия: полки в магазинах пустые, одеваются все одинаково, машин ни у кого нет, не работаешь — сажают за тунеядство. Такой стабильности вы хотите? Разве такая принудиловка не унижает людей?
Много трудностей в наше время, но есть возможность выбирать, искать себя, ездить по миру. К сожалению, многие поняли свободу как вседозволенность, наломали дров. Пора за ум браться, и начинать каждый должен с себя. Тогда постепенно жизнь наладится. Я верю, что все в России будет хорошо.
Беседовал Леонид Виноградов

«ОН БУДЕТ ТАСКАТЬ ДУШИ ИЗ АДА!»


К 100-летию со дня кончины преподобного Варсонофия Оптинского

14 апреля 2013 года (1 апреля по ст. стилю) исполняется 100 лет со дня кончины одного из известнейших русских святых – преподобного Варсонофия Оптинского, в миру блестящего военного, в монастыре – неутомимого духовника, творца иисусовой молитвы, прозорливого старца, о котором задолго до его ухода из мира было предречено, что «в свое время он будет таскать души из ада». При жизни старец сполна испил чашу страданий, и потому мы представляем читателям сайтаПравославие.Ru не только жизнеописание святого, но и его наставления о терпении скорбей.
Преподобный Варсонофий Оптинский
Преподобный Варсонофий Оптинский
Старец Варсонофий обладал всей полнотой даров, присущих Оптинским старцам: духовным рассуждением, прозорливостью, молитвой, которая как молния поднималась к небу, способностью изгонять нечистых духов, исцелять болезни душевные и телесные. Его видели на молитве озаренным неземным светом. По смерти своей он несколько раз являлся Оптинским инокам.
Жизнь преподобного была полна скорбей – порой очень тяжелых, на грани человеческих сил – и духовных утешений, чудесных знаков, указывавших на Промысл Божий в жизни старца.
Святитель Филарет писал: «Всеведущий Бог избирает, предназначает от колыбели, а призывает в определенное Им время, непостижимым образом совмещая сопряжение всевозможных обстоятельств с изволением сердца. Господь в свое время препоясывает и ведет Своих избранных так, как бы они не желали, но туда, куда желают дойти». Эти слова в полной мере можно отнести к преподобному Варсонофию.
Сам старец часто рассказывал о своем детстве и молодости, обычно добавляя: «Какой глубокий смысл в событиях нашей жизни, как она располагается – точно по какому-то особенному таинственному плану».
Преподобный Варсонофий, в миру Павел Иванович Плиханков, родился в 1845 году в Самаре в день памяти преподобного Сергия Радонежского, которого он всегда считал своим покровителем. Все члены семьи были благочестивыми и глубоко верующими людьми, много помогали находившемуся по соседству храму Казанской иконы Божией Матери. Семья считала, что их род находится под особым покровительством Казанского образа Божией Матери.
Не успел ребенок родиться, как уже в его жизни случилась скорбь, и скорбь очень тяжелая: его мать, Наталия, скончалась при родах. Сам ребенок остался жив благодаря таинству крещения, которое немедленно совершил над ним священник.
За скорбью Господь послал утешение: мачеха, заменившая ребенку родную мать, была глубоко верующим человеком. Позднее старец вспоминал: «Любила мама и дома молиться. Читает, бывало, акафист, а я распеваю тоненьким голоском на всю квартиру: “Пресвятая Богородице, спаси нас!”».
Были в его жизни знаки, предсказывающие его священство и старчество. Пяти лет ребенок начал прислуживать в алтаре и нередко слышал от прихожан: «Быть тебе священником!»
О себе шестилетнем старец вспоминал: «Был я в саду с отцом. Вдруг по аллейке идет странник. И дивно, как он мог попасть в сад, когда сад окружен большими собаками, которые без лая никого не пропускают. Тихо подошел странник к отцу и, показывая на меня ручкой, говорит: “Помни, отец, это дитя в свое время будет таскать души из ада!” И после этих слов он вышел. Потом мы его нигде не могли найти. И Бог его знает, кто это был за странник».
Будучи молодым человеком, Павел Иванович встретился со святым праведным Иоанном Кронштадтским; позднее он вспоминал: «Когда я был еще офицером, мне по службе надо было съездить в Москву. И вот на вокзале я узнаю, что отец Иоанн служит обедню в церкви одного из корпусов. Я тотчас поехал туда. Когда я вошел в церковь, обедня уже кончалась. Я прошел в алтарь. В это время отец Иоанн переносил Святые Дары с престола на жертвенник. Поставив Чашу, он вдруг подходит ко мне, целует мою руку и, не сказав ничего, отходит опять к престолу. Все присутствующие переглянулись и говорили после, что это означает какое-нибудь событие в моей жизни, и решили, что я буду священником… А теперь видишь, как неисповедимы судьбы Божии: я не только священник, но и монах».
Полковник Павел Плиханков по службе был на самом блестящем счету, и не за горами был для него генеральский чин – прямая возможность к стяжанию всех мирских благ. Сослуживцы его прожигали жизнь в развлечениях, но он все более держался аскезы. Комната его напоминала келью монаха простотой убранства, порядком, а еще – множеством икон и книг. Шли годы. Товарищи его один за другим переженились. Павлу Ивановичу его матушка тоже советовала жениться.
Случалось, что будущие Оптинские старцы невольно желали уклониться от иноческого пути, пытаясь (по настоянию родных) жениться или остаться в миру. И тогда женитьба их по тем или иным причинам, не зависящим от них, расстраивалась – и это было действием Промысла Божия, прямым указанием на избранничество для иноческой жизни.
Преподобный Варсонофий Оптинский
Преподобный Варсонофий Оптинский
Об этом преподобный Варсонофий вспоминал так: «Когда мне было 35 лет, матушка обратилась ко мне: “Что же ты, Павлуша, всё сторонишься женщин? Скоро и лета твои выйдут, никто за тебя не пойдет”. За послушание я исполнил желание матери… В этот день у одних знакомых давался званый обед. “Ну, – думаю, – с кем мне придется рядом сидеть, с тем и вступлю в пространный разговор”. И вдруг рядом со мной на обеде поместился священник, отличавшийся высокой духовной жизнью, и завел со мной беседу о молитве Иисусовой… Когда же обед кончился, у меня созрело твердое решение не жениться».
О том, как проводил будущий старец свое свободное время, он писал так: «Я очень любил устраивать детские пиры. Эти пиры доставляли одинаково и мне, и детям радость… А также я им рассказывал о чем-нибудь полезном для души – из житий святых или вообще о чем-нибудь духовном. Все слушают с удовольствием и вниманием.
Иногда же для большей назидательности я приглашал с собой кого-либо из монахов или иеромонахов и предоставлял ему говорить, что производило еще большее впечатление… Перед нами поляна, за ней река, а за рекой Казань со своим чудным расположением домов, садов и храмов… И хорошо мне тогда бывало, сколько радости – и чистой радости – испытывал я тогда и сколько благих семян было брошено тогда в эти детские восприимчивые души!»
Однажды поехал Павел Иванович в оперный театр по приглашению своего военного начальства. Среди развлекательного представления он вдруг почувствовал невыразимую тоску. Позднее он вспоминал: «В душе как будто кто-то говорил: “Ты пришел в театр и сидишь здесь, а если ты сейчас умрешь, что тогда? Господь сказал: "В чем застану, в том и сужу"… С чем и как предстанет душа твоя Богу, если ты сейчас умрешь?”».
И он ушел из театра и больше никогда не ходил туда. Прошли годы, и Павлу Ивановичу захотелось узнать, какое число было тогда, чья была память. Он справился и узнал, что была память святителей Гурия и Варсонофия, Казанских чудотворцев. И Павел Иванович понял: «Господи, да ведь это меня святой Варсонофий вывел из театра! Какой глубокий смысл в событиях нашей жизни, как она располагается – точно по какому-то особенному таинственному плану».
Были и еще знаки. Зашел как-то Павел Иванович в Казанский монастырь на исповедь и узнал случайно, что настоятеля монастыря зовут игумен Варсонофий. Когда Павел Иванович заметил, что это имя трудное на слух, ему ответили: «Чем же трудное? Для нас привычное… Ведь в нашем монастыре почивают мощи святителя Варсонофия и архиепископа Гурия…»
С этого дня Павел Иванович стал часто молиться у мощей Казанского чудотворца, испрашивая у него покровительства себе: «Святителю отче Варсонофие, моли Бога о мне!» Посещая этот монастырь, он невольно обратил внимание на его бедность и стал помогать: купил лампадку, киот на большую икону, еще что-то… «И так полюбил всё в этом монастыре! Воистину: где будет сокровище ваше, тут будет и сердце ваше».
Когда читаешь эти воспоминания старца, становится ясен и Промысл Божий, Который действовал даже при наречении имени старцу при постриге – в честь преподобного Варсонофия.
Путь в Оптину преподобного Варсонофия оказался длиннее, чем у других Оптинских старцев: он пришел сюда по благословению преподобного Амвросия на 47-м году жизни, когда уже сильная седина пробивалась в его волосах.
В 1891 году он заболел воспалением легких. Когда по просьбе больного полковника денщик начал читать Евангелие, последовало чудесное видение: он увидел открытыми небеса – и содрогнулся весь от великого страха и света. Вся жизнь мгновенно пронеслась перед ним. Глубоко проникся он сознанием покаяния и услышал голос свыше, повелевающий ему идти в Оптину Пустынь. У него открылось духовное зрение. По словам старца Нектария, «из блестящего военного в одну ночь, по соизволению Божиему, он стал старцем».
Преподобные Варсонофий, Никон и Анатолий Оптинские
Преподобные Варсонофий, Никон и Анатолий Оптинские
В монастыре жизнь началась с тяжелых скорбей. Видя стремительное духовное возрастание инока, враг рода человеческого начал делать всё возможное, чтобы привести его в отчаяние и изгнать из скита.
Духовное чадо отца Варсонофия отец Никон позднее записал в своем дневнике: «Сейчас мне батюшка говорил о том, как он переносил скорби, когда был послушником. Переносил батюшка скорби, рассуждая так: “Должно быть, я достоин этих всех скорбей. Значит, все они нужны, чтобы смыть с меня гордыню и прочие страсти”». Переносил батюшка скорби, никому не говоря о них, не жалуясь, стараясь не озлобляться на обидчиков: «Мало того, чтобы только перенести оскорбления, надо позаботиться и о том, чтобы не озлобиться на нанесшего оскорбление». «Иногда, – говорил батюшка в другой раз, – приходилось так, что впору уходить из скита, – но я решил лучше умереть, нежели уйти. Я имел твердую надежду на Бога и Его Пречистую Матерь. Встану, бывало, перед Казанской иконой Божией Матери, помолюсь – и легче мне станет».
Через год после поступления, 26 марта 1893 года, Великим постом послушник Павел был пострижен в рясофор, в декабре 1900 года по болезни пострижен в мантию с именем Варсонофий, 29 декабря 1902 года рукоположен в иеродиакона, а 1 января 1903 года – в иеромонаха. В 1903 году преподобный Варсонофий был назначен помощником старца и одновременно духовником Шамординской женской пустыни и оставался им до начала войны с Японией.
И – новые скорби и смертельная опасность. В 1904 году началась Русско-японская война, и преподобный Варсонофий за послушание отправляется на фронт: окормлять лазарет имени преподобного Серафима Саровского – исповедовать, причащать, соборовать раненых и умирающих солдат.
Возвращаясь домой из Маньчжурии, отец Варсонофий вновь оказался перед смертельной опасностью. Позднее его духовный сын отец Никон запишет в своем дневнике об этом жизненном этапе своего наставника: «Батюшка рассказал, каким опасностям смертным подвергался он. Первое – как батюшка чуть было не сошел с вагона на самом быстром ходу, полагая, что дверь затворена. Второе – как было у батюшки предчувствие не садиться на поезд, и он не сел, а поезд, действительно, по какой-то причине разлетелся вдребезги. И когда уже на другом поезде батюшка приехал, то увидел только груду обломков и массу кровавых тел. Третье – как батюшку намеревались убить… в глухом месте. И как Господь спасал дивно от всех этих опасностей, а, может быть, и многих других, которых батюшка не заметил».
По возвращении после окончания войны в Оптину Пустынь, в 1907 году, отец Варсонофий был возведен в сан игумена и назначен Святейшим Синодом настоятелем Оптинского скита вместо тяжело болевшего старца Иосифа.
Преподобный Иосиф был уже так слаб, что не выходил из кельи. Конечно, дела скитские – хозяйственные – оказались несколько запущенными. «Когда я принимал настоятельство от отца Иосифа, – вспоминал отец Варсонофий, – то он вручил мне 100 рублей денег, с которых 54 рубля велел заплатить одному козельскому торговцу, у которого он брал для скита рыбу и другие припасы. Следовательно, осталось 46 рублей на содержание скита.
Сначала приходило на ум, как я на такие средства буду содержать скит, но затем я успокоился, положившись на волю Божию. Ведь скит-то не мой, а Иоанна Крестителя, он нас и прокормит, чего мне смущаться. И действительно, Иоанн Креститель не оставил скит. Мы ни в чем не нуждались. Рекой полились пожертвования».
Он умолчал, однако, о первом пожертвовании, внесенном в скитскую казну, – собственных сбережениях – в 60 тысяч рублей.
Новый скитоначальник твердой рукой уплатил долги, отремонтировал скит, обновил ризницу, устроил библиотеку. Он умел строгость соединять с нежно-любовным отношением к скитской братии, был полон забот о них. Конечно, теперь вовсе не стало у него покоя. Часто припоминал он сказанное старцем Амвросием: «Монаху простому нужен терпения воз, а настоятелю – целый обоз».
И снова тяжелейшая скорбь, на грани человеческих сил: несмотря на великие духовные дарования старца, нашлись недовольные его деятельностью: жалобами и доносами преподобный Варсонофий был удален из Оптиной.
Вот что говорил он сам по этому поводу: «Началось с того, что были доносы на отца архимандрита Ксенофонта о порубке лесов; скит был в стороне, так как дело касалось монастыря. Доносы были ложны, леса оказались целы. Скит вступился за архимандрита и его отстоял. Тогда враг напал на грешного игумена Варсонофия и, как видите, изгнал его из Оптиной Пустыни. Приехал архиерей из какой-то чужой епархии, начал производить ревизию монастыря, а затем побывал и в скиту. Сказали ему, что у нас давно старчество… Тогда он решил, якобы для насаждения старчества в других местах, перевести меня в заброшенный монастырь в Коломну. Воле Святейшего Синода я повинуюсь как воле Божией, но просил себе милости оставить меня здесь простым монахом, но было отказано. Верно, так угодно Господу, и я спокоен».
Сборы старца, не имевшего почти никакого имущества, были недолгими. Он говорил духовным чадам: «Немного вещей беру я с собою: образа все остаются, а из картин возьму только портрет великого старца и духовного благодетеля моего отца Анатолия и батюшку отца Амвросия. Остальное останется так, как было».
Мужественно перенося скорбь от разлуки с любимой Оптиной, старец принялся за благоустройство вверенной ему обители, крайне расстроенной и запущенной. Около года управлял старец этим монастырем. Ему было 68 лет, но организм его был подточен скорбями, многочисленными трудами и заботами.
Духовное чадо старца отец Феодосий писал о последних месяцах его жизни – феврале и марте 1913 года: «Между тем как православный верующий народ стекался к старцу за получением облегчения не только душевных, но и телесных недугов, самого батюшку подтачивал в это время лютый недуг. Давно уже, свыше 20 лет, напал он на батюшку и с тех пор не оставлял его до гроба… Непрестанные батюшкины заботы о Голутвине, многочисленные огорчения, переутомление и часто совершенное изнеможение в непосильных трудах с каждым днем усиливали его недуг…»
Чудо исцеления глухонемого преподобным Варсонофием. Фреска над ракой с мощами преподобного Варсонофия. Фото: А. Поспелов / Православие.Ru
Чудо исцеления глухонемого преподобным Варсонофием. Фреска над ракой с мощами преподобного Варсонофия. Фото: А. Поспелов / Православие.Ru
Батюшка не прекратил приема народа, хотя силы его с каждым днем заметно падали. Народ он принимал до 13 марта, а жить ему оставалось чуть более двух недель. Уже умирающий, изнемогавший от боли, он не мог отказать страждущим и ищущим старческого окормления и утешения.
22 марта, за неделю до смерти, старец написал прошение митрополиту Московскому Макарию, где просил «об увольнении от должности настоятеля Старо-Голутвина монастыря с переводом в число братства скита Оптиной Пустыни». Он мечтал закончить свои дни в любезной сердцу Оптиной и с надеждой говорил своему письмоводителю, иноку Иоанну (Беляеву): «Как получу увольнение, поедем все в Оптину, там я и сложу свои кости».
Но ему становилось всё хуже. Страдания старца во время предсмертной болезни были поистине мученическими. Отец Феодосий вспоминал: «Громадная опухоль у горла, появившаяся недели за полторы до смерти, очень препятствовала дыханию. Батюшка часто поименно призывал, кроме святых угодников Божиих и Божией Матери, к Которой имел детскую любовь, также и всех Оптинских старцев». Понимая, что это конец, отец Варсонофий отказался от помощи врача и какой бы то ни было пищи, он лишь повторял: «Оставьте меня, я уже на кресте…» Причащался старец ежедневно. Утром 1 (14) апреля батюшка тихо вздохнул и почил. Лицо его, по словам келейников, «приняло выражение необыкновенной кротости, смирения и радости».
Сквозь годы и пространство доносится до нас голос великого Оптинского старца, преподобного Варсонофия, который утешает нас с любовью как своих духовных чад во всех скорбях нашей жизни.
***
Скорби неизбежны в нашей жизни
Преподобный Варсонофий Оптинский
Преподобный Варсонофий Оптинский
Преподобный Варсонофий напоминал своим духовным чадам о неизбежности скорбей в человеческой жизни:
«Скорби неизбежны, хотя и хотели бы мы миновать их. Жизнь представляется нам в виде белой полосы, на которой черные точки – скорби, от которых нам желательно поскорее отделаться, а на самом деле жизнь есть черная полоса, и на ней рассеяны белые точки – утешения. “В мире скорбни будете, – сказал Христос, – но дерзайте, яко Аз победих мир”».
«Когда вы находитесь в хорошем, благодушном настроении – ждите бури. Так почти всегда бывает… Всякому доброму делу или предшествует, или последует искушение».
В нашей жизни скорби и радости сменяют одна другую:
«…не смущайтесь и не бойтесь скорбей. Скорби и радости тесно соединены друг с другом, так что радость несет скорбь и скорбь – радость. День сменяет ночь, и ночь сменяет день, ненастная погода – вёдро; так и скорбь и радость сменяют одна другую».
Скорби – это наш крест
Преподобный Варсонофий подчеркивал, что у каждого человека есть свой крест и спастись без креста невозможно:
«У каждой из вас есть свой крест, но пусть никто не думает, что у нее крест тяжелее, чем у другой, может быть, та, которая так думает, ошибается и несет более легкий крест. Надо потрудиться для Царствия Небесного».
Старец замечал:
«Если плохо живешь, то тебя никто и не трогает, а если начинаешь жить хорошо – сразу скорби, искушения и оскорбления. Необходимо переносить смиренно оскорбления, наносимые другими, и вообще скорби».
«Мало того, чтобы перенести оскорбление, надо позаботиться и о том, чтобы не озлобиться на нанесшего оскорбление».
Особый наплыв скорбей
Преподобный отмечал, что непрестанные скорби – признак особого Божия промышления о человеке:
«Непрестанные скорби, посылаемые Богом человеку, суть признак особого Божия промышления о человеке. Смысл скорбей многоразличен: они посылаются или для пресечения зла, или для вразумления, или для большей славы. Например, заболел человек и скорбит об этом, а между тем этою болезнью он избавляется от еще большего зла, которое он намеревался сделать».
При особом наплыве скорбей старец советовал:
«При наплыве скорбей надо говорить себе: “Наверное, я достоин всех этих скорбей. Значит, все они нужны, чтобы очистить меня от страстей, а наипаче – гордости”».
Помыслы страха о предстоящих скорбях
Иногда мы очень страшимся будущих неприятностей, скорбей, и этот страх оказывается тяжелее, чем сами реальные неприятности. В таких случаях преподобный советовал:
«Когда беспокоят помыслы страха о предстоящих скорбях, то не надо входить в разговор с ними, а просто говорить: “Да будет воля Божия!” Это очень успокаивает».
Терпение в скорбях
Напоминал старец и о терпении:
«Надо терпеть, а за терпение Господь утешит».
«Скорбями испытывается наше терпение и смирение. Молись Богу о помощи и терпи. Чего Господь не попустит, того быть не может».
«Эту радость о Господе не сможет преодолеть никакая скорбь»
«Много горечи в жизни: неудачи, болезни, бедность и так далее. Но если человек верует в Бога, то Господь и горькую жизнь может усладить».
«Не надо унывать, пусть унывают те, которые не веруют в Бога, – для тех, конечно, скорбь тяжела, так как кроме земных удовольствий они ничего не имеют. Но людям верующим не должно унывать, так как скорбями они получают право на сыновство, без которого нельзя войти в Царство Небесное».
«Скорби всегда будут. Но внутреннее состояние человека будет другое… Хотя скорби и будут, но достигший внутренней молитвы будет легко их переносить, ибо с ним будет Христос. Он будет наполнять неизреченной радостью сердце подвижника, и эту радость о Господе не сможет преодолеть никакая скорбь».
Преподобне отче Варсонофие, моли Бога о нас, грешных!

КОСМОС ВО СЛАВУ БОЖИЮ Беседа с игуменом Иовом (Талацем), духовником отряда космонавтов


Что общего у космонавтов и монахов? Благословлено ли исследование Вселенной? Как относиться к «свидетельствам» о контактах с инопланетянами? Зачем иноку понадобилось пройти «предкосмическую подготовку»? Как молятся «насельники» орбитальных станций? Эти и другие вопросы корреспондент портала Православие.Ruзадал игумену Иову (Талацу), настоятелю Преображенского храма в Звёздном городке, который по сложившейся доброй традиции напутствует космонавтов перед их отлетом в космос.
Отец Иов в невесомости
Отец Иов в невесомости
– Отец Иов, прежде, чем начнется наша беседа, хотелось бы поблагодарить вас за то, что нашли время встретиться, – ведь накануне Дня космонавтики, который стал для вас практически профессиональным праздником, проходит много торжественных мероприятий.
– Да, я всегда стараюсь принимать активное участие в мероприятиях, связанных с космосом. А в этом году еще так сложилось, что незадолго до праздника на орбиту отправилась новая космическая экспедиция – экипаж корабля «Союз ТМА-08М»: Павел Виноградов, Александр Мисуркин и Кристофер Кэссиди. И успешно вернулась предыдущая экспедиция.
– Вы провожаете космонавтов в путь?
– Да, обычно они перед отправкой на Байконур приезжают в Троице-Сергиеву лавру; сначала прикладываются к мощам преподобного Сергия Радонежского, потом мы служим молебен в Никоновской церкви, я окропляю их святой водой и каждому даю с собой в дорогу складень с иконами Божией Матери и Спасителя, а также маленькое Евангелие.
Если они не просят исповедоваться и причаститься непосредственно накануне полета, то я остаюсь в Троице-Сергиевой лавре и там молюсь о ребятах, чтобы они успешно добрались до космической станции. Но если просят, то я улетаю примерно за пять дней до старта на Байконур. Там никого к ним близко уже не подпускают – обсервационный режим, так что причащаю я их дня за три до вылета. Но в путь провожаю иногда до самого трапа космического корабля. С крестом.
– Известно, что космонавты с давних пор периодически приезжали в Троице-Сергиеву лавру, даже Юрий Гагарин здесь побывал, правда, уже после полета. Наверное, и с кем-то из насельников монастыря они общались. Как сложилось, что именно вы стали духовным наставником отряда космонавтов?
– Случайно. Хотя… в Писании сказано, что у нас даже все волосы на голове подсчитаны и случайного ничего нет. Старец Оптинский Варсонофий говорил, что если бы люди внимательно смотрели на свою прошлую и настоящую жизнь, то могли бы предсказывать свое будущее. Случайностей вообще нет. И никогда не было и не могло быть. Отвечая на ваш вопрос, скажу: естественно, Промыслом Божиим. Не потому, что я такой хороший или умный. А просто Бог так судил. Это мой крест, я должен его нести. А как все получилось… У меня есть друг. Близкий друг, с которым мы вместе постригались – владыка Якутский Зосима. Вот как-то сидим мы в монастыре, и он у меня спрашивает, бывал ли я в Звездном городке. Я ответил: «Нет, конечно. Как я туда попаду!» А надо сказать, что космосом я интересовался с детства. И в монашестве не оставил своего увлечения: в келье у меня есть телескоп, карты звездного неба. Братии было известно об этом моем стремлении… И вот, довольный владыка Зосима говорит, что через полчаса в лавру приедет его друг – Валентин Васильевич Петров, преподаватель академии им. Ю.А. Гагарина, он-то и может показать мне Звездный городок. Так лет 11 назад я впервые попал в Звездный на экскурсию. Меня провели, показали тренажеры, разрешили всюду залезть, все потрогать, пощупать. Я был счастлив, но думал, что на этом все и закончится. И вдруг недели через полторы-две ко мне из Звездного приехал космонавт Юрий Лончаков. Сначала один, потом с супругой, а потом привез отряд космонавтов, а потом меня с начальником Центра подготовки космонавтов познакомили (тогда ЦПК возглавлял Василий Васильевич Циблиев).
Благословление космонавта Романа Романенко на полет. Икону свт. Нектария Эгинского – подарок настоятельницы монастыря свт. Нектария – Роман взял на орбиту. Стоят: пономарь Александр, Р. Романенко, о. Иов, в стихаре космонавт Валерий Корзун
Благословление космонавта Романа Романенко на полет. Икону свт. Нектария Эгинского – подарок настоятельницы монастыря свт. Нектария – Роман взял на орбиту. Стоят: пономарь Александр, Р. Романенко, о. Иов, в стихаре космонавт Валерий Корзун
Космонавты в лавру стали чаще приезжать. Мы беседовали. Бывало, по восемь часов эти разговоры тянулись. С Василием Васильевичем Циблиевым, Юрием Валентиновичем Лончаковым, Федором Юрчихиным, Юрой Гидзенко. Со многими. На следующий день как только просыпались – опять на восемь часов беседа. Поначалу вот так много на духовные темы общались.
И постепенно появилась идея, чтобы космонавты, готовящиеся к работе на орбите – те из них, кто этого захочет, – приезжали в лавру: помолиться перед дорогой, получить благословение. А у кого? У самого аввы Сергия – игумена земли Русской. И за все время только один наш космонавт отказался от этого. А так – и американцы приезжали, и европейские космонавты, и даже японские, корейские. Вот был случай: приехала первая корейская женщина-космонавт. Я думал, она буддистка, и, когда ребята получали благословение, тактично отправил ее на экскурсию. Она потом подходит ко мне, достает крестик, показывает: «Я христианка, батюшка. Благословите!»
Так что где-то с 2007 года я стал провожать все экипажи, которые улетали в космос.
– Вы сказали, что космосом интересовались еще с детства, и, судя по всему, это было не мимолетной детской увлеченностью, когда мальчишки, мечтая о геройских приключениях, воображают себя сегодня космонавтами, а завтра пожарными.
– Да, вообще до того, как я принял решение стать монахом, я совершенно серьезно собирался поступать в отряд космонавтов. Планировал вначале закончить Качинское военное училище, а потом подавать заявку в отряд.
– Откуда взялась эта мечта – отправиться в космический полет?
– Я не могу сказать. Не потому, что это какой-то секрет. Это тайна Божия. Вот вы подумайте: я уже в три года бредил ракетами! Потом в школе всё модели ракет строил, картонные, которые поднимались на 1,5–2 метра и взрывались. Не летали. Я помню, что мог часами сидеть на балконе и смотреть на звездное небо. Но сейчас, оглядываясь назад, я сознаю, что, не понимая до конца, я все равно всегда стремился к Богу. Когда хорошая погода, нет Луны, Млечный путь так явственно виден, я смотрел – и аж дыхание замирало: «Господи!» Когда я видел, сколько звезд, то понимал, что это все не просто так – это Кто-то устроил. А потом, когда научился молиться (я еще маленький был, меня бабушка научила молитвам, и уже, наверное, лет в 5 я знал молитвы Богородице, «Отче наш»), я читал молитвы на ночь, глядя в распростертое звездное небо. Восхищение этим мирозданием всегда очень глубоко во мне было, и никогда интерес к науке не противоречил моей вере. Я никогда не уставал изучать звездное небо над головой, удивляясь, как же все премудро устроено Господом во Вселенной. Я мог только одно повторять: «Господи, как Ты это премудро все устроил! Господи, как это все красиво! Господи, а Кто же Ты, если создал такой прекрасный мир, Кто же Ты тогда?!»
– Когда наступил переломный момент? Когда будущий курсант летного училища решил стать семинаристом?
– Когда я прочитал полностью – по-настоящему – Евангелие. Не спеша. Всё сразу встало на свои места. В первый раз я прочитал Евангелие до армии – ну, так… А вот когда из армии пришел, я читал его не спеша. До этого возникали вопросы самые разные: почему это так устроено, а это иначе? а кто я? почему я живу? а зачем я живу?.. Когда я прочитал Евангелие, у меня все вопросы пропали. Вообще. Я многое не понял в Священном Писании, но у меня было такое состояние, что я мог повторить слова апостолов Клеопы и Луки… Помните, после того, как они прошли часть пути в Эммаус бок о бок с Господом, они говорили: «Не горело ли у нас сердце, когда Он с нами разговаривал?!»
Игумен Иов в небе вниз головой во время выполнения фигуры высшего пилотажа «бочка» на самолете Л-39
Игумен Иов в небе вниз головой во время выполнения фигуры высшего пилотажа «бочка» на самолете Л-39
Так вот, когда я читал Евангелие, у меня горело сердце… У меня была такая радость! Я понял, что это истина. Вся истина в Евангелии, вся. И вопрос был решен: я должен стремиться к другому небу. То небо, которое мы можем увидеть в телескоп, – интересно, и, созерцая его, также можно радоваться и приближаться к Богу. Но это – более дальний путь. А есть более прямой – стремиться сразу к Горнему Небу!
Лет пять тому назад я сидел в монастыре, в Троице-Сергиевой обители, насельником которой я являюсь, вместе с космонавтами Юрием Лончаковым и Валерием Александровичем Корзуном. В гости к нам приехал один знаменитый греческий богослов – владыка Иерофей (Влахос), который об Иисусовой молитве книгу написал. Он тогда сказал, что у космонавтов и монахов есть много общего, – космонавты, как и монахи, стремятся к небу: все силы, вся энергия ума, сердца, души, тела – всё направлено к нему. Только космонавты тянутся ко Второму небу, а монахи сразу к Третьему. Но задача космонавта – находясь на Втором, сердцем возноситься еще дальше – к Третьему.
– Расскажите поподробнее, что это за Второе и Третье небо?
– Мы по церковному преданию знаем, что Бог сотворил три неба. Первое – видимая атмосфера. Второе – это небесная твердь: это космос, тот космос, который мы с вами как раз видим, когда смотрим на звездное небо; тот, где находятся звезды, галактики, пульсары, квазары. Вся Вселенная – второе небо для нас. Оно весьма обширно. Сейчас телескоп «Хаббл» край видимой Вселенной запечатлел, и самая крайняя точка находится на расстоянии 14 млрд. световых лет. Представьте себе: свет идет со скоростью 300 тыс. км в секунду, и он будет идти оттуда 14 млрд. лет – посчитайте, какое это невообразимое расстояние! Наша Солнечная система даже не пыль по сравнению со Вселенной.
А вот Третье небо – это Горний Мир.
– И куда он простирается?
– Горний Мир – это другой Мир! В нем нет пространства или времени. Так как мы живем в материальном мире, то можем говорить: вправо-влево; а там – все другое! Туда космические корабли не летают! Туда можно подняться только чистым сердцем. Сказано: «Блаженны чистые сердцем, ибо те Бога узрят!» В Горний Мир можно вознестись любому человеку, для этого не надо быть космонавтом. Это доступно и простой бабушке, и профессору. И образованному, и необразованному. Главное условие – выполнять заповеди Божии, очистить свое сердце. Этим мы приближаемся к нашему Христу. И тогда нам открывается Горний Мир – другая Вселенная. Об том, что Бог сотворил две Вселенные, есть свидетельство. В Священном Писании читаем: «Вначале сотворил Бог Небо и Землю». Блаженный Августин и многие другие святые отцы пишут, что Небо, упомянутое в этой части Святого Писания, не просто небо – это духовный мир, духовная Вселенная. Это написано на древнееврейском языке, а у нас в русском языке – меньше слов. У нас «небо» – и видимое над нашей головой, и Божее Небо, а в Писании подразумевается Небо – Горний Мир, духовный, где были созданы ангелы, где Господь, где нет тления. И Земля, сотворенная Богом, это не только наша планета – наш шарик, это весь материальный мир, материальная Вселенная: и Земля, и Солнце, и Галактика М-31, и Галактика М-81, и Галактика IC 1101, и прочее и прочее.
А уже когда описывается второй день творения и речь идет о Земле, там все сужается к нашей Солнечной системе и, в конечном итоге, – к шарику. Понимаете? И снова – все вокруг слова «земля». Слов не хватает в русском языке для обозначения различий…
– Батюшка, бытует мнение, что Второе небо – это место, где обитают духи злобы…
– Да, бесспорно.
– Что же получается: все, что окружает нашу Землю, – мир духов злобы? Значит, космонавты попадают буквально в самое пекло?
– Нет, что вы. Демоны не только в космосе – они везде. И на Земле. Разве мы не видим, сколько войн, насилия, грабежей. Это люди вытворяют, но не сами по себе – как вы думаете, кто их толкает? Они здесь! Они ниспали на Землю, но они могут быть и в космосе. Они же духи – бестелесные существа. Это ангелы, которые отпали от Бога (примерно одна треть от всех сотворенных Господом ангелов) и стали бесами. Вот у нас есть тело, мы передвигаемся медленно, а они – другие существа, наделенные удивительными силами, энергиями. Преподобный Серафим Саровский сказал, что самый слабый бесенок одним мизинцем земной шар может перевернуть. Если Бог попустит это. Только Его милость нас хранит. И падшие ангелы могут перемещаться с огромной скоростью – и на Земле, и в космосе. Им не нужны для этого ракеты, которые будут летать со скоростью света, не нужны скафандры, потому что они находятся вне воздействия этих материальных сил: высоких температур, каких-то облучений. Они не подвластны этому воздействию, а мы – да. И они, конечно, могут использовать это. Великий старец Софроний (Сахаров), ученик Силуана Афонского, говорил, что человеку нужно, где бы он ни находился – здесь, на Земле, или в какой-то другой Вселенной, – прежде всего, научиться молиться и быть с Богом! Потому что каждому человеку придется вступить в противоборство с падшим ангелом. Когда человек рождается, бес посылает своего падшего ангела человека искушать. Когда мы крестимся, Бог дает нам своего Ангела-Хранителя. И эти два существа сопровождают нас всю жизнь. Один толкает на грех, другой – на добрые дела. В зависимости от того, кого мы слушаемся больше, так и живем. Если доверяем больше Ангелу-Хранителю, то ходим в храм Божий, стараемся жить по-христиански. И если ошиблись по немощи своей, то у нас есть великое таинство –исповедь. Мы идем и каемся, что живем не как образ Божий. Просим у Господа прощения – и идем дальше. А если мы упрямые и машем на все рукой: «а я хочу вот так», то значит, мы идем на поводу у совсем другого существа. И они всюду искушают нас своими помыслами. Думаете, у космонавта на околоземной орбите больше помыслов? А у нас с вами, что, их меньше? Вы посмотрите: и гневаемся, и раздражаемся, и осуждаем… Что только к нам в сердце не входит!
– Да, но если на Земле у человека есть возможность ходить в храм, исповедоваться, причащаться, то космонавты на борту орбитальной станции этого лишены. Каким образом это отражается на тех, кто привык регулярно прибегать к таинствам на Земле? Ведь среди космонавтов таких людей немало…
– Да, им тяжело. Но они молятся. А Бог ведь будет судить в первую очередь наши желания… Допустим, если у человека есть возможность ходить в храм, участвовать в таинствах, а он не ходит – это одно. А если такой возможности нет, но он при этом молится, просит помощи, благословения, то покрывать его будет особенной благодатью все равно. Господь покрывает обращающихся к нему космонавтов. И они обращаются к Господу по мере возможности. Вот, например, Юра Лончаков, Федор Юрчихин, Саша Самокутяев, Валера Корзун, я знаю, читали во время пребывания на МКС утренние и вечерние молитвы. Юрий Лончаков вообще всю Библию от корки до корки там успел изучить. Делился потом своими впечатлениями, как в космосе, во время чтения Святого Писания, чувствовал явное присутствие Бога. И с сожалением признался, что на Земле это ощущение быстро утрачивается.
Отец Иов и космонавт Юрий Лончаков сразу после приземления. Казахская степь
Отец Иов и космонавт Юрий Лончаков сразу после приземления. Казахская степь
Были случаи, когда на орбиту человек улетал неверующим, а, увидев всю красоту мироздания, понимал, что это никак не могло возникнуть само собой из хаоса, что здесь чувствуется рука мудрого Творца. Такое осознание, например, пришло к Геннадию Манакову во время выхода в открытый космос. Он понял, что никогда такой особенной планеты во Вселенной не могло получиться благодаря эволюции. Для него был решен этот вопрос. Еще вот Онуфриенко рассказывал, как возвращался из крайнего полета, и на положенной высоте – 10 км – у них не сработала парашютная система. И на 9 км не сработала, и на 7… Вот тогда он и научился молиться, просил Бога помочь. И Господь, конечно, услышал…
– Но бывает и так, что человек прибегает к помощи Божией, упорно работает, но все равно что-то не складывается. Ведь это не секрет, что многие космонавты испытывали сложности с зачислением в отряд или в экипаж космического корабля. Должен ли верующий человек увидеть в этом Промысл Божий и задуматься: а может быть, не стоит, может, это гибельный для него путь?
– Разные ситуации могут быть. Если у нас что-то не получается, это может означать, что Бог человека испытывает. Может быть, Господь требует, чтобы вы проявили волю, чтобы вы упорство проявили. Как сказано: «Стучите и отверзится вам, просите и дастся вам» В иных случаях прозреть истинную причину может только человек, обладающий духовным разумом. Поэтому и нужно просить благословения, советоваться с духовниками, старцами. Возможно, Господь требует терпения: «Претерпевый до конца – спасен будет!» Представьте, если бы апостол Павел, придя в город Коринф, сказал: «Ну и ладно, они меня не принимают – воля Божия, значит»… А он шел. Его гнали, а он шел к людям, и они становились христианами, каялись и исправлялись.
Или, допустим, препятствием достигнуть желаемого служит какая-то наша страсть. От человека требуется мужество, чтобы победить свою слабость. Если он, с Божией помощью, борется, страдает, плачет, кается, я думаю, в конечном итоге смиряясь, он получает благодать. Если нам попускаются какие-то искушения, то главная причина, что мы гордые… как только мы смиримся, нас ничто не возьмет. Никакая пуля духовная. Нас никто не сможет ни в чем подловить. И если человек способный, талантливый, умный, он должен помнить, что любое дарование, которое дает нам Бог, должно прославлять Творца.
– А если человек выдающихся способностей и при этом невероятной скромности, достойно прошедший испытание всемирной славой, обладающий, на мой взгляд, даром истинной любви к людям, вплоть до самопожертвования, все равно испытывает скорби? И даже трагически погибает? Я имею в виду первого космонавта планеты – Юрия Алексеевича Гагарина. Неужели его смерть была промыслительна?
– Сложно сейчас говорить, почему он погиб. У нас ведь до сих пор нет подлинного знания того, что происходило тогда в действительности. Мне рассказывали, что ему были явлены некие знамения о том, что не надо больше летать. Мама Юрия Алексеевича Анна Тимофеевна дружила со схимонахиней Макарией, проживавшей в Смоленской губернии. И Гагарин раза три-четыре к матушке Макарии приезжал, привозил ей врачей из Кремлевской больницы, дровишками помогал. И она его предупреждала, чтобы он не летал. Но он все же человек был не церковный – и не прислушался. Должно быть невероятно большое доверие к тому человеку, который такое говорит. А у Юрия Алексеевича, наверное, такого полного доверия не было. Да и для летчика отказаться от полетов, даже если он все понимает, – очень сложно. У меня тоже был подобный опыт смирения, я понимаю, о чем говорю. Хотел я убежать на Афон. Никому не сказал о своих планах – вроде как в паломническую поездку собирался. Но все не ладилось, и с документами что-то… А знакомые братия поехали к старцу Николаю Гурьянову на остров Залит, ну, и я братию лукаво так – не открывая всей правды – попросил взять у батюшки Николая благословения для меня на поездку. Вернулись братия и говорят, что отец Николай просил передать: в паломничество мне можно ехать, но насовсем – не надо. А откуда он мог знать мои истинные планы? Это его словами так меня Господь остановил. И я послушал. А других до этого и слушать не хотел! Даже не знаю, что стало бы, если б не отец Николай. А вот Юрий Гагарин не сумел довериться. Он, конечно, хороший был человек, необычайный, помогал очень многим, квартиры выбивал, защищал. Но… он же летчик, молодой, полный сил – а тут ему вдруг говорят: не летай. А он еще и в космос второй раз собирался! Тут, конечно, Промысл Божий был, наверное, в том, что если бы он был более церковным человеком и прислушался к кому-то из старцев, то нашел бы силы смириться…
Командир отряда космонавтов Юрий Лончаков брал с собой на борт МКС иконы Святителя Николая
Командир отряда космонавтов Юрий Лончаков брал с собой на борт МКС иконы Святителя Николая
Когда он погиб, старице Макарии, конечно, сообщили. Она пригласила священника, и отпели Юру прямо у нее в келье. Матушка сказала: «Юра очень был светлый человек, он ни в чем не виноват». Так она сказала, потому предвидела будущие обвинения, ведь некоторые заявляли, что Гагарин и его наставник Серегин выпили до полета. Все это ложь и клевета. Делали анализ останков и не обнаружили ни грамма спиртного. Все это были досужие домыслы.
– 27 марта этого года исполнилось 45 лет со дня смерти первого космонавта. Как вы встретили эту печальную дату?
– Я, к сожалению, улетал в этот раз на Байконур – провожать экипаж. А обычно 27 марта я вместе с космонавтами отправляюсь в Киржач – городок, рядом с которым разбился Гагарин. Там в храме совершается заупокойная служба – отец Андрей служит, и я часто принимаю участие. Потом небольшой митинг и крестный ход с цветами – идем к месту гибели Гагарина. А дальше – встречи, беседы. А вообще я поминаю его на каждой службе, которую служу. Как и всех наших ребят. И Сергея Павловича Королева, и Бориса Раушенбаха, и Павла Поповича, и Германа Титова – в общем, всех, кто был крещен. А также родителей Гагарина и Королева.
– К вам родные Юрия Алексеевича обращались с такой просьбой?
– Нет, просто я считаю, что это моя обязанность. Знаете, я начал постоянно поминать Юрия Алексеевича – и на Псалтири, и на литургии – лет шесть-семь назад. И примерно год спустя увидел такой сон… Хотя, конечно, снам верить нельзя, но рассказываю, как есть… Вижу: сад цветущий. Яблони. И из сада выходит Юра, в белой одежде весь, смеется, улыбается. А я стою на границе сада – внутрь не входил; он ко мне подошел, обнял и, ничего не говоря, ушел обратно. Вот такой случай был. Я подумал: значит, надо молиться дальше.
– Отец Иов, а у вас, как у духовного отца отряда космонавтов, есть какая-то официальная штатная должность?
– Вообще мне предлагали войти в штат группы, которая летает на невесомость, и принимать участие во всех тренировочных полетах. Но я отказался. Я испросил тут в лавре совета – и пришли к выводу, что я не смогу постоянно летать. Часто бывают тренировки, в которых я не могу принимать участие, потому что у меня в это время богослужение идет. И помимо этого у меня есть много обязанностей в Преображенском храме, и не только в храме. Я побоялся подвести людей. Но при этом, если есть необходимость, я постоянно летаю. Когда ребята просят, обязательно стараюсь быть.
– А что это за тренировка такая – «полеты на невесомость»?
– Она проводится на самолете «Ил-76», кажется. Там огромный салон. В ширину метра 4, в высоту метра 3. Как птица летаешь – так красиво! Состояние невесомости достигается за счет параболического полета, то есть самолет делает такие «горки» – идет вверх, потом начинает падать, и в это время возникает невесомость. Она длится примерно 30 секунд. Потом снова набор высоты – и опять падаешь 30 секунд. Каждый полет – это примерно десять горок.
– И сколько раз вы уже «летали на невесомость»?
– Девять.
Игумен Иов (Талац) в невесомости
Игумен Иов (Талац) в невесомости
– Но это же очень тяжело! Надо иметь хороший вестибулярный аппарат. Вас обследовали перед полетом?
– Да, я проверялся в свое время. Вообще я там себя плохо не чувствую. Вначале, конечно, когда первый полет был, они присматривались: как себя чувствуешь. Вот покрутили в невесомости. Разок слетал, второй, потом все больше и больше нагрузок. Но, слава Богу, перенес все неплохо.
– Опишите, пожалуйста, свои ощущения во время полета на невесомость.
– Сложно объяснить… Вот представьте: мы живем здесь, на Земле, в условиях гравитации, благодаря этому можем ходить. Камешек подбросили – он падает. По потолку, как мухи, мы ползать не можем, по стенкам тоже. А на тренировках в моменты невесомости всего этого нет, можно по потолку лазить, летать, как птица. Когда воду выливаешь, она не стекает, а летает шарами такими. Конечно, ощущение удивительное, потому что ты начинаешь понимать, что вся материальная Вселенная находится именно в таком вот состоянии, что все большие объекты находятся в невесомости, то есть как раз очень мало гравитации во Вселенной. Невесомость – это такое первородное состояние…
– Вы считаете, что в невесомости человек возвращается к состоянию первородности?
– Нет, я так не считаю. Потому что человек все же жил в Раю, а это не совсем тот мир, где нет гравитации – у нас же есть тело, а иначе оно было бы нам не нужно, не были бы нужны ноги, руки. Просто это состояние другое. Мы же не на все вопросы можем ответить. Например, Господь сотворил Вселенную – духовную и материальную. А была ли материальная Вселенная до грехопадения такой, как сейчас, мы не знаем точно. Но можем сказать, по крайней мере в отношении некоторых законов, что, конечно, в этой материальной среде не было смерти. Потому что смерть вошла с грехом человека. И она вошла не только в человека – она вошла во Вселенную. Появился закон – второй закон термодинамики: все идет от сложного к простому, потом все разлагается и умирает. Сейчас это действует во всей Вселенной. До грехопадения, я думаю, такого не было.
Но то, что касается невесомости, это не совсем проявление греха человека. Думаю, это основополагающий закон, на котором зиждется по великой премудрости Вселенная. Как сказано в книге Иова Многострадального: «Распростер Бог Север над пустотою, и повесил Землю ни на чем». Удивительные слова. То есть и Земля, и Солнце, и звезды – висят ни на чем. Господь сотворил мир по таким законам. Думаю, внимательный человек очищенным сердцем способен будет это узреть.
– Отец Иов, у вас сразу со всеми членами отряда космонавтов наладилось взаимопонимание? Ведь священник, монах, принимающий деятельное участие в жизни отряда, – это довольно необычное явление для космонавтики в те годы.
– Вначале ко мне присматривались. Потом предложили пройти ограниченную космическую подготовку.
– И вы согласились? А чья это была идея?
– Предложение поступило от Василия Васильевича Циблиева, он тогда руководил Центром подготовки. Замечательный человек. Генерал-лейтенант, Герой России, дважды побывал в космосе, тушил пожар там…
Я вначале сомневался. С одной стороны, интересно, но – я монах. Подумал-подумал: греха здесь нет, но нужно ли? Я спросил у одного из наших старцев в лавре. А он говорит: нужно! Как апостол Павел писал: «Я с иудеями был как иудей, чтобы приобрести иудеев. Для подзаконных я был как подзаконный, чтобы приобрести подзаконных. Для чуждых закону был чужд закона, чтобы приобрести чуждых закону, не быв чуждым перед Христом. Для всех я сделался всем, чтобы приобрести, по крайней мере, некоторых». И еще старец добавил: «Ты, может быть, будешь отвечать за этих людей на Страшном суде! Ты должен им помочь в первую очередь прийти ко Христу! Если они встретят Христа на Земле, то всякая деятельность, где бы они ею ни занимались – пусть даже на другой планете, – во славу Божию!» Чем бы человек ни занимался, надо делать это во имя Бога…
Так я стал проходить подготовку. Первая тренировка – имитация выхода в открытый космос на тренажере «Выход-2». В полном обмундировании – в скафандре «Орлан-МТ». Выходил я вместе с Валерием Корзуном, мы трудились около двух часов.
Отец Иов, бывший руководитель Центра подготовки космонавтов В.В. Циблиев и космонавт Валерий Корзун в гидролаборатории. На о. Иове и В. Корзуне – костюмы гидроохлаждения; по полым голубым трубочкам циркулирует вода, чтобы космонавт не перегрелся в скафандре от высоких нагрузок
Отец Иов, бывший руководитель Центра подготовки космонавтов В.В. Циблиев и космонавт Валерий Корзун в гидролаборатории. На о. Иове и В. Корзуне – костюмы гидроохлаждения; по полым голубым трубочкам циркулирует вода, чтобы космонавт не перегрелся в скафандре от высоких нагрузок
Где-то недели через две я полетел на невесомость, потом еще недели через две – второй полет. А месяца через два-три я пошел на гидроневесомость. Это тоже имитация выхода в открытый космос, но уже в воде, чтобы научиться работать в безопорном пространстве. Тренировки происходят в огромном бассейне, где на глубине примерно 8–12 метров устанавливают специальный макет российского сегмента МКС в полную величину. Работал я также часа 2–2,5 и потерял за это время 1,5 кг. И это еще очень мало! У ребят тренировка или настоящий выход могут длиться по 6 часов!
Летал на самолетах «Л-39». На высший пилотаж. Во-первых, очень помогает научиться ориентироваться в небе, а еще мне было интересно нагрузку попробовать большую. В первый раз у меня была перегрузка 5 g! Летал в противоперегрузочном костюме. Во второй раз стали выполнять фигуры высшего пилотажа: и боевой разворот с двумя бочками – в одну строну, в другую, и петля Нестерова, и штопор, и колокол! А уже в третий раз я попробовал без костюма, там была нагрузка около 6,5 g. Ну, немножко поддавило. У меня даже щеки опустились.
Пришлось и строение космического корабля изучать – с Юрием Лончаковым. Конечно, в ограниченном объеме. И даже экзамен сдавал. Ну, в шутку. Устраивали нам нештатные ситуации. А в конце, помню, сидим – и вдруг дым идет снизу. Я спрашиваю: «Юра, а что теперь делать?» А он отвечает: «Батюшка, осталось одно – молиться!»
– В некоторых своих интервью космонавты, рассказывая о внештатных ситуациях, говорят: «Действовал по инструкции, а бросаться сразу молиться – это непрофессионально». Значит, к Господу надо обращаться в совсем уж форс-мажорных обстоятельствах, когда остается надеяться только на чудо?
– Это, конечно, не совсем верно. Думаю, ребята говорили так из-за не совсем полного понимания. Да, один космонавт ко мне как-то обратился: «Батюшка, вот если у меня будет пожар, я помолюсь, то пожар потухнет, что ли?» Если бы у него была вера, как у древних, как у великих апостолов, – то да! Ему надо было бы только встать на колени, помолиться – и все в миг бы потухло. А так как он такой веры не имеет, то ему надо просто перекреститься, сказать «Господи, благослови!» и идти тушить пожар. И Господь поможет ему загасить пламя. А если у вас была такая возможность, но вы ею пренебрегли, возгордились и понадеялись только на свои силы, то я не уверен, что вы успешно потушите пожар…
Я уже говорил, и еще раз повторю, потому что это очень важно: всё, абсолютно всё, что человек делает, должно быть во славу Божию. Господа надо не забывать благодарить. Всегда. «Без меня не можете творити ничесоже» – помните это изречение. Бог может всё. Но если люди сами ничего не хотят и ничего не делают для своего спасения, то мы, если даже будем молиться за них, не всегда сможем им помочь.
Пока человек в гордом упоении думает, что он – покоритель Вселенной… Я всегда умиляюсь, когда говорят: покорители космоса… Что там покорили? – хочется спросить. Исследователи – да.
– Как вы относитесь к тому, что люди сегодня пытаются заглянуть всё дальше и дальше в просторы Вселенной? И даже ищут так называемые «экзопланеты» – если не вторую Землю, то планету, очень похожую по условиям жизни, куда человечество могло бы в будущем переселиться. Но ведь в Библии даже намека нет на то, что человек будет обитать где-то, кроме Земли… Значит, эти попытки обречены?
– Нигде не сказано, что этого делать нельзя. В Священном Писании есть повествование о том, как Господь сотворил мироздание. И во главе этого мироздания поставил человека вообще-то. Поэтому, знаете, стремление к звездам, к иным мирам – это заложено в нас. Я считаю, что загадки и непостижимость Вселенной, с которыми сталкивается человек во время этих научных исследований, ее масштабы и разнообразие могут лишний раз напомнить нам о величии Творца, Который все это так премудро сотворил! И задуматься: «А Кто же Ты, если Ты все так премудро сотворил? А кто же мы сами, если Ты нас сотворил такими? Мы же должны быть богочеловеками, управлять Вселенной. А мы стали смертными по грехам нашим». Вот к чему мы должны идти. И, по большому счету, для нашей веры абсолютно без разницы – в центре Вселенной стоит Земля или Марс или какая-нибудь планета; искривлено пространство или не искривлено…
Другое дело, что заселять иные планеты, я думаю, Господь нам не позволит. Потому что при нашей современной нравственности у нас вряд ли появятся технические средства, которые смогут понести к другим планетам и помочь там обжиться.
– Как связаны нравственность и технический прогресс?
– Старец Иосиф сказал: «Земля землю уничижает, земля над землей превозносится, земля землю смиряет». В нас сидит вот такая враждебность, и что же мы можем понести к другим мирам? На Марсе будет так же. А зачем? Кому это нужно? Я верю, что Господь этого не допустит.
Есть только одно условие, которое помогло бы человеку обрести технологии для длительных космических путешествий, – это исполнение заповедей Евангелия. Жить по Евангелию. И тогда Бог все управит. Я думаю, Богу ничего не жалко. Тому, Кто взошел на Крест и распял Свои руки на Кресте, – ничего не жалко. Я со многими учеными общался, и все они говорят, что если бы американцы, европейцы не враждовали с русскими, мы бы уже Солнечную систему освоили! У нас были бы уже корабли быстроходные, с защитой от солнечного и галактического излучений. Но люди разъединились. А война эта была заложена еще во времена Адама, когда Каин убил Авеля, и до сих пор мы становимся все хуже и хуже. И смерть заходит все дальше и дальше. Эта война до сих пор в сердце каждого человека. Мы воюем друг с другом, государство с государством…
– Но какие-то попытки объединить усилия все же были. На Марс, например, собирались лететь международным составом. Ученые считают, что условия окружающей среды Красной планеты – нашей ближайшей соседки по Солнечной системе – позволят со временем создать для землян новое пристанище. А еще ученые так активно стремятся на Марс, потому что, по одной из теорий, жизнь зародилась именно на Красной планете, а на Землю была занесена с метеоритами…
– Господи помилуй! (Батюшка крестится.)
– … и потом то ли из-за крупномасштабной космической катастрофы, то ли еще по каким-то причинам развитие жизни на Марсе остановилось. А нашей Земле повезло больше.
– Это же бредни – эти эксклюзивные теории! У нас сейчас настоящих ученых очень мало, а это – демагогия, которая работает на политику. Ученый должен опираться на факты. А какие факты? Никаких. Это просто болтовня, это просто фантазия. Это фантазеры, зарабатывающие большие деньги. Неужели вы думаете, что политики для достижения каких-то своих низменных целей не будут использовать в своих интересах науку? Но никаких доказательств этим вот теориям нет. Никто на Марсе не был. Никакой там цивилизации громадной не было. Так на каком основании? Люди запустили туда несколько марсоходов, которые прошли какие-то сравнительно небольшие пространства, ничего там не нашли, и то постоянно вбрасываются какие-то слухи: «Вот, что-то сенсационное обнаружили!» А что? Господь сотворил мир, мироздание. Святое Писание свидетельствует, что Бог сотворил Жизнь, человека. Святое Писание – это не учебник по астрономии или геологии, хотя там отображены иногда факты мироустройства. Поэтому есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе – нам все равно. Как и на Юпитере, Тритоне, Титане, других звездах…
– Существует еще теория панспермии, ее выдвинули давно, еще в 1907 году. Авторы теории предположили, что во Вселенной существует вечная жизнь – например, в виде космических туманностей – плантаций органических зародышей. Зачатки переносятся с планеты на планету космическими телами: метеоритами, например, и даже разумными существами. И там, где есть благоприятные условия, эти зачатки приживаются и начинают развиваться.
– Я часто спрашиваю: а почему вы этим ученым доверяете? Они были гордые, безнравственные, самолюбивые. А как, например, они объясняют, откуда взялась сама жизнь во Вселенной? Никак. А ответ есть. В Священном Писании.
Но вы им, этим псевдо-ученым, верите. А почему вы гениям в другой области не доверяете? Каким? Преподобному Сергию, преподобному Серафиму Саровскому, преподобному Иоанну Лествичнику. Это люди, которые боялись даже слово плохое сказать – обидеть кого-то.
– А чем объяснить такое упорство в поиске жизни на других планетах?
– Разные могут быть причины. Первое – гордость человеческая. Люди разные. Я проводил беседы и с нашими космонавтами, и с астронавтами НАСА, и европейского агентства и т.д. Существуют разные толчки. Иногда это искреннее любопытство, которое заложено в нас, – мы же созданы по образу Божию, и нам хочется что-то созидать, изучать. Человек тем и отличается от животного, что у него есть пытливость, тяга к познанию. Поэтому кто-то, может быть, искренне интересуется – и благодарит при этом Бога. Например, Джеймс Ирвин, американский астронавт, побывав на Луне в составе экспедиции «Апполон-15» и вернувшись на Землю, отправился искать Ноев ковчег. И считал, что значение этой миссии ничуть не меньшее, чем полет на Луну! И человек благодарил Бога за это.
А кто-то все делает с самомнением. Я! Мы – человеки! Какие-то глупости начинает говорить о том, что мы произошли от взрыва.
– Может быть, эти люди хотят просто найти братьев по разуму?
– Конечно, братья по разуму у них есть – они же часто присутствуют в нашей жизни…
Я сейчас имею в виду тех «братьев по разуму», которые толкают нас на то, чтобы мы убивали, грабили, насиловали.
– Вы о бесах?
– Конечно. У отца Серафима (Роуза) прекрасно написано, что собой представляют НЛО, он это исследовал. Почитайте, советую! Умнейший человек, знал три-четыре языка, закончил несколько университетов. Он исследовал материалы НАСА о летающих тарелках, контактах человека с пришельцами. И пришел к выводу, что по действиям своим они очень похожи на бесов. Во-первых, крестного знамения боятся. Во-вторых, чем больше человек входит в контакт с ними, тем ему становится хуже. Но я еще раз хочу напомнить, что цивилизация, которая достигла высокого уровня развития, не может быть злой. Иначе Господь не допустил бы этого развития. Это покажется вам парадоксальным, но это так. Если бы у нас была высокая нравственность, вы бы переживали за меня, я – за вас – искренне! – так, чтобы ваша боль – моя боль, тогда бы мы далеко ушли. А люди высоконравственные не могут желать смерти никому. И самому маленькому существу! А после контакта с так называемыми «зелеными человечками» у людей начинаются неприятности, иногда до самоубийства доходит! Пришельцы… Людям пытаются заморочить голову. И они с удовольствием верят всяким басням. Только истине, которая от Христа, – не верят. Как сказано в Священном Писании: «Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху; И от истины отвратят слух и обратятся к басням. Но ты будь бдителен».
Игумен Иов (Талац)
Игумен Иов (Талац)
– Но есть, например, артефакты, подтверждающие, что в древности на Земле существовала высокоразвитая цивилизация, которой были доступны космические полеты. Об этом свидетельствуют рисунки, оставленные на камнях – так называемая каменная библиотека Ики (это название племени). Исследователи этих артефактов, которых не признает официальная наука, демонстрировали рисунки, изображающие предположительно контакты людей с инопланетянами. Что вы думаете по этому поводу?
– Cложно ответить в двух словах. Мы с вами не знаем, что представляла собой цивилизация до потопа. Очень немного в Святом Писании и в Предании об этом говорится. Вполне возможно, что это могла быть духовно развитая цивилизация, которая отошла от Бога. Богоборческая. Она могла иметь развитые технологии. Это подтверждает то, что мы сейчас узнаем, например, про египетские пирамиды. Там использованы технологии, которые нам и сейчас не под силу. И находки в городах инков, майя, на Юкатане и у ацтеков. Строения, возведенные по технологиям, которыми мы и по сей день не владеем. А это делалось высоко в горах. Что они из себя представляют, такие строения? Это просто достижения людей, которые так возгордились, что это привело к потопу? Или у них были помощники – «братья по разуму», бесы, им помогавшие? Вы не забывайте о том, что это могла быть не только технотронная цивилизация, то есть развитая технически, а духовно-технотронная цивилизация. Мы знаем, в Писании были свидетельства, что люди дошли до такого бесчестия, что с бесами соединились. Возможно, бесы помогли им создать подобную цивилизацию, и вполне возможно, что они могли создать даже летательные аппараты. Святое Писание не опровергает такую гипотезу; я считаю, что такое было возможно. В какой мере – мы не знаем. Поднимались ли они на 1–2–3 метра или выше? Но Бог не допустил всего этого, потому что люди сошли с ума, а вне Бога нет жизни. В Святом Писании говорится, что перед потопом люди стали плотью. А это страшно. Только плотские желания и интересы. Это страшно. Мы становимся скотоподобными, если нами движут только плотские желания. Да, мы живые существа, у нас есть какие-то телесные потребности, но это только часть нас. Эти потребности должны контролироваться духом! А если у людей телесные потребности выходят на первый план в ущерб духовности, то это уже ското-люди. И человек не может находиться постоянно в скотоподобном состоянии, рано или поздно он подвергается влиянию диавола. И он становится бесо-человеком. Почему люди творят иногда такие страшные безумия, грехи: убивают тысячи, миллионы? Такие злодеяния совершают уже не совсем люди – нелюди, которые уже под властью духа злобы, ненавидящего человека. Потому что, по преданию, мы занимаем их место – ангелов отпадших.
Но, слава Богу, есть старцы, которые за нас молятся. У нас есть святые, к помощи и заступничеству которых мы можем прибегать.
А чтобы вы так не расстраивались, я вам скажу, что сам авва Сергий крестным ходом многократно обошел нашу Землю.
– Вы имеете в виду тот случай, когда Юрий Лончаков взял с собой на орбиту частичку мощей преподобного Сергия Радонежского?
– Да, мощи были на орбите полгода, Юра Лончаков дважды с ними в открытый космос выходил. Еще я просил его, чтобы он периодически Землю ими благословлял – все-таки МКС совершает 16 оборотов вокруг Земли за сутки, получается – 16 крестных ходов. Вот и считайте: эти мощи летали полгода, по 16 раз в сутки огибая Землю.
И Юра мне сказал, что даже чувствовал рядом живое присутствие преподобного Сергия.
– Чья это была инициатива – отправить мощи на орбиту?
– Моя. Просто я посчитал, что с древних времен и русские, и греческие, да и все православные народы старались в дни каких-то серьезных испытаний совершать крестные ходы – вокруг деревень, городов. А у нас сейчас есть возможность совершить крестный ход вокруг Земли!
– А какие еще святые угодники побывали в космосе?
– Федор Юрчихин брал мощи великомучеников Феодора Стратилата и Феодора Тирона, а также часть древа, в котором находились мощи святителя Николая Чудотворца, когда их переносили в Бари. Игумен Бовэ, настоятель базилики в Бари, дал нам эту частичку древа. Часть мы вернули после полета в Бари, а часть оставили себе, как и договаривались.
Антону Шкаплерову я давал мощи святителя Петра, митрополита Московского, и святителя Филиппа, митрополита Московского.
Во Владимирскую православную гимназию с околоземной орбиты вернулись мощи святителя Афанасия Ковровского
Во Владимирскую православную гимназию с околоземной орбиты вернулись мощи святителя Афанасия Ковровского
Мощи святителя Афанасия (Сахарова) брал с собой на орбиту Сергей Волков. Тоже на полгода.
У Максима Сураева была с собой на орбите частица Животворящего Креста Господня, тоже полгода там находилась.
Я надеюсь, что эта традиция будет продолжаться. В ближайшее время на космическую вахту, даст Бог, заступит Георгий Победоносец!